ВЫБОРЫ, ВЫБОРЫ…

Конец февраля откровенно радовал. Теплой погодой, яркими солнечными днями, грязными, но такими милыми лужицами. И черт с ними с белоснежными брюками, надетыми накануне на променад и, как результат, густо забрызганными грязью. Весна, понимаете ли, дело такое.… Жить хочется. Конечно, многие ходят вялые, как эскимосы в жару, авитаминоз, видите ли, сказывается, но я не такой. Я наоборот оживаю, с первыми теплыми деньками.  Хотя, если быть до конца честным, то причиной отличного настроения было не только раннее потепление. Основная причина крылась в другом, а именно в небольшой стопочке авторских экземпляров моего первого романа присланных накануне из типографии. Издательство серьезное, печать хорошая, на обложке какой-то космодесантник с квадратным подбородком, крепко сжимает в руке бластер. Очень даже мило. Признаюсь, раньше при виде таких иллюстраций мои кулаки сжимались похлеще, чем у супергероя на обложке, но это раньше, в другой жизни.  А сейчас я все еще не мог им налюбоваться. Все-таки передо мной лежала первая моя книга, и какая на хрен разница, кто на ней изображен? Да пусть хоть голая девка, укрощающая единорога или кентавр с калашом наперевес – без разницы. Возможно потом, когда я, малость заматерею, то буду более требователен к оформлению своих романов, но это случится еще не скоро и уж точно не сейчас. А в данный момент я разрывался между двумя желаниями: поскорее взяться за новую вещь, благо вдохновение присутствовало или же поддаться мудрому совету Венечки Ерофеева. Чем больше я раздумывал, тем сильнее склонялся ко второму варианту. Наконец вздохнул, подошел к бару, достал бутылочку коньяка и «немедленно выпил». Коньяк бултыхнулся вниз одновременно с трелью сотового телефона. Не обращая внимания на назойливый звонок, я закусил подсохшим лимоном, закурил сигарету и лишь после этого поднял со стола трубку. Номер не определился.

- Да? - С любопытством спросил я.

- Олег Иванович Коромыслов? – Мужской голос с легкой хрипотцой показался смутно знакомым.

- Да, это я. Слушаю.

- Олег Иванович, вас беспокоит кандидат в Президенты страны, Сергей Петрович Онищенко.

Я сел. Как стоял, так и бухнулся прямо на заваленное журналами кресло. Что ответить я не знал. В голове крутились дурацкие фразы вроде  - «честь имею»,  «премного благодарен за звонок» и другая подобная чепуха.

- Вы, наверное, удивлены моему звонку? – прервал затянувшееся молчание кандидат в Президенты. – Если вы не против, то я подъеду прямо к вам домой. Минут через десять? И все объясню.

- Да-да, конечно, - я начал потихоньку выходить из ступора. – Подъезжайте.

Я еще долго сидел с отключенной трубкой в руке. Сказать, что мысли путались, значит сильно недооценить хаос, творившийся в голове. Что надо от меня известному политику, одному из лидеров президентской гонки? Я не олигарх, денег у меня нет. Влияния на массы, тоже. А может он поклонник моего творчества? Да, ну. Бред. Книга еще даже в продажу не поступила, к тому же, как то не вязался у меня образ господина Онищенко с любителем фантастики, да и если быть до конца честным, не самого высокого пошиба. Я оглядел комнату. Прибраться бы, мелькнула запоздавшая мысль. Однако навести порядок в квартире, и тем более сообразить, чем я обязан посещению такого высокого лица я не успел. В дверь позвонили.

***

Первыми в квартиру ввалились два дюжих молодца. С лица не одинаковых, но телосложения крепкого. Подозрительно посмотрев на меня, они быстро обошли квартиру и немного удовлетворенные, вернулись к выходу. Вслед за этим в дверях появился САМ. Сопровождаемый еще одним охранником, которого легким мановением руки оставил в прихожей, Сергей Петрович радушно пошел мне навстречу. Пахнуло импортным парфюмом и крепким табаком. Пожав руку гостю, я пригласил его в комнату. Сергей Петрович, снисходительно улыбнулся, оглядывая обстановку, затем дождавшись, пока я поспешно освобожу кресла от газет и журналов, чинно уселся. Я сел напротив. Господина Онищенко я часто видел по телевизору, и он всегда напоминал мне актера Евгения Леонова. Сейчас его сходство со знаменитым артистом только усилилось. Мясистый нос, чуть отвисшие щеки, залысина… вот только взгляд казался хищным и жестким.

- Чем имею честь, - наконец выдавил я.

- Да вот, просто решил зайти, засвидетельствовать свое почтение писателю-фантасту, - улыбнулся Сергей Петрович.

- Спасибо, - промямлил я в ответ.

- Может по пять капель за знакомство? – Игриво подмигнул кандидат в Президенты.

Я кивнул и, потянулся было за початой бутылкой коньяка, но Сергей Петрович одним движением руки остановил меня, как пару минут назад своего охранника.

- Московский? Вы уж извините меня любезный Олег Иванович, но давайте уж я вас хорошим коньячком угощу.

Сергей Петрович небрежно выудил из внутреннего кармана пиджака фляжку.

- Французский, - задумчиво протянул он, откручивая крышку.

Пословицу про бесплатный сыр я знал. Но какую мышеловку готовит мне человек, которому достаточно пальцем пошевелить, да что там пальцем, бровью повести и я буду полностью в его власти?

- А я, знаете ли, всегда любил фантастику, - начал гость. – Как это интересно и захватывающе! Погружаться в иные миры, контактировать с чуждым разумом, укрощать дикие варварские племена аборигенов альфы-центавры.

Он замолчал и упер кулак в подбородок. Воспользовавшись молчанием гостя, я попытался вспомнить, какую партию он возглавляет. Для этого мне, как человеку аполитичному, потребовалось несколько минут.

- Как ваша Партия Возрождения России? – осторожно спросил я. – Получит своего Президента.

- В точку! – Очнулся Сергей Петрович. – Я сразу понял, что вы человек проницательный. Тогда перейдем сразу к делу. Вы за кого голосовать собираетесь?

Хоть я политикой и не интересуюсь, но голосовать по инерции хожу. И изредка газетки почитываю. Поэтому я знал, что помимо Сергея Петровича, шансы победить на выборах имел только действующий Президент Петр Броневицкий. Других кандидатов попросту не было.

- Да, признаться, я еще не решил, - деликатно промямлил я. – Варианта два – за вас или за Броневицкого.

- Хитрюга, - погрозил пальцем Сергей Петрович. – В общем, я пришел попросить, чтобы на предстоящих выборах вы отдали свой голос за меня.

Он снова разлил коньяк. Выпили. Улыбнулись.

- Нет слов, я, конечно, польщен, но не слишком ли много чести вы оказываете моей персоне?

- Эх, - сокрушенно вздохнул Сергей Петрович. – Вы же еще не знаете. Придется вам рассказать.

- Что именно? – во мне уже вовсю бурлило любопытство подогретое коньяком.

- Только имейте в виду, что это является государственной тайной, - сдвинул брови Сергей Петрович.

- Где подписать? – сострил я.

- А не надо ничего подписывать. Поймите, что у государственной машины есть способ заставить любого гражданина сохранять тайны.

- Это угроза?

- Побойтесь Бога, Олежка. – Губы Сергея Петровича расплылись в улыбке. – Можно я вас буду Олежкой называть.

Я лишь неопределенно кивнул и пожал плечами.

- Вот и прекрасно. – Сергей Петрович откинулся на спинку кресла и закурил. – Понимаете, дело в том, что Президента России выбирают не обычные граждане.

Я удивленно посмотрел на гостя и вставив сигарету в рот, потянулся за спичками.

- Нет, они, конечно голосуют. И даже считают, что именно их голоса определяют победителя. Но… - Сергей Петрович поднял толстый палец.  – Но это не так.

Я закурил и глубоко затягиваясь, ждал продолжения.

- Главная сила в нашем мире это печатное слово! – Веско произнес Сергей Петрович.

 Спорить я не стал, а лишь глубокомысленно кивнул.

- Слово печатное, есть сила, влияющая на умы и сердца людей.

- Я не журналист, - попытался я возразить гостю, но он лишь замахал руками.

- Журналистика влияет на умы и настроения людей. Публикации в газетах и информация по телевидению убеждают простого избирателя, что за тем или иным кандидатом стоит определенная сила, и каждый из них способен победить. Вот и все.

- Ну? – я все еще ничего не понимал.

- В общем, дело обстоит так. При голосовании учитываются лишь голоса писателей фантастов.

Сплю, подумал я. Однако вывалившаяся из уголка рта сигарета убедила меня в обратном.

- Аккуратнее, Олежка. – Сергей Петрович наклонился ко мне и помог отряхнуть пепел с прожженных брюк.

- Вы не ослышались. – Он разлил по рюмкам остатки коньяка. – Кто пытается предсказать будущее? Кто пишет утопии и антиутопии? Кто создает мифические фэнтэзийные миры?

- Фантасты, - брякнул я.

- Вот именно! Так кому же доверить выбор нового Президента, как не людям, которые больше остальных размышляют о будущем?

- А как же Конституция, - пробормотал я.

Сергей Петрович напыжился. Достал из кармана белоснежный платок и небрежно вытер со лба капельки пота.

- Конституция – продажная девка буржуазии, - угрюмо произнес он.

- А я думал это генетика… - не удержался я от остроты.

- Не важно. Так вот, я предлагаю вам некоторую сумму… - Он помялся, потом повернулся в сторону коридора. – Семен!

Вошел один из охранников. В руках секьюрити держал кейс. Сергей Петрович взял чемоданчик и, указав охраннику на дверь, протянул его мне.

- Откройте.

Я открыл. Долго смотрел на плотно упакованные пачки долларов. Затем закрыл кейс и на всякий случай прижал его к себе.

- Это ваше, никто не отберет. – Похоже, Сергей Петрович был удовлетворен тем, какое впечатление произвел на меня презент.

- А вы… это, всем такие подарки вручаете? – робко спросил я.

- Олег Иванович, - гость серьезно посмотрел на меня. – Вы считаете, что нераскрученные писатели смогут прожить на одни гонорары?

Я слегка смутился.

- Даже не знаю.

- Зато я знаю, - веско произнес Сергей Петрович. – Не смогут! Или будут перебиваться с хлеба на воду.

Я в задумчивости побродил по комнате, выглянул в окно, затем взял свой недопитый «Московский» и отхлебнул прямо из горла.

- А у нас сейчас ситуация достаточно сложная. Или я - или Броневицкий. А мнения фантастов разделились примерно поровну. Остались только новоиспеченные так сказать, авторы, такие как вы. У которых вышла только первая книга и, они не совсем в курсе событий.

- Прямо, как у Шекли, - задумчиво пробормотал я. – Есть у него рассказ, в котором зарплату гражданам платят только за то, что они избиратели и ходят на выборы.

Сергей Петрович почесал затылок.

- Шекли, Шекли, не припоминаю. А это тоже фантаст?

- Фантаст, - кивнул я.

- Ну, вы ему при случае замолвите за меня словечко. Чтобы он не ошибся в выборе.

Я засмеялся, представив встречу с Робертом на том свете. Да и нервное потрясение от визита высокого гостя дало о себе знать. Я хохотал долго заливисто, время от времени поглядывая на кейс с долларами.

- Да, насчет денег не беспокойтесь. У нас предусмотрено ежемесячное поощрение всех фантастов. Можно считать это государственной поддержкой. Ну как, договорились?

Я протянул руку и пожал ладонь политика, без пяти минут Президента:

- Договорились.

Сергей Петрович приобнял меня на прощание, похлопал по плечу и почти с отеческой улыбкой сказал:

- Запомни, Олежка. Печатное слово это страшная сила! Им можно убить, а можно и воскресить; сбросить в самую грязь или водрузить на пьедестал!

С этими словами он повернулся и направился к выходу. Вслед за шефом потянулись охранники.

***

Прошел час. Я слегка ошалевший после встречи с Сергеем Петровичем, сидел на диванчике и пересчитывал деньги. Сумма получалась приличная. Или вернее будет сказать неприличная! Столько денег я в руках еще не держал. От увлекательного общения с купюрами меня оторвал звонок сотого телефона. Я взял трубку: номер не определен.

- Алло, - осторожно произнес я.

- Олег Иванович? – в трубке раздался раскатистый бас.

- Да, - внутри все похолодело. Не узнать звонившего было невозможно.

- Вас беспокоит Петр Фомич Броневицкий, Президент России.

Я молчал. А президент между тем, тоном моего закадычного друга продолжал:

- Олег Иванович, знаю у вас книжка первая вышла, очень бы автограф хотелось. И еще у меня есть к вам одно очень интересное предложение, от которого вы не сможете отказаться.